5 ноября 1937 года — «последнее» завещание Гитлера.

Автор: , 19 Июн 2012

5 ноября 1937 года во второй половине дня с 4 часов 15 минут до половины девятого в рейхсканцелярии в Берлине проводилась конференция, на которой присутствовала группа ведущих  немецких партийных и государственных деятелей, в том числе Геринг, Нойрат и Редер. Гитлер обратился к ним рассуждая о "возможностях развития  нашей позиции в области внешней политики". Эту речь, мелодраматично заявил фюрер, в случае моей смерти следует считать как мое последнее завещание. Содержание этой речи стало известным из меморандума Госбаха, человека, который вел протокол.

"Цель немецкой политики - сберечь в безопасности Volksmasse, расовое общество и увеличить его. Это вопрос пространства... Немецкой политике необходимо обращать внимание на двух полных ненависти врагов - Британию и Францию, так как немецкий колосс для них - как заноза.

                                 Cтарое здание имперской канцелярии (до 1939 года)

Проблемы Германии можно решить только силой, а такой подход всегда связан с риском... Здесь еще остается вопрос "когда"? и "как"? Итак, при таких обстоятельствах могут быть три разных варианта:

Вариант 1. Период 1943 - 1945 гг. На наш взгляд, после этой даты можно ожидать изменений только в худшую сторону...Если фюрер будет еще жив, его непоколебимая решительность требует решения проблем Германии в течение 1943 - 1945 гг, не позднее.

Вариант 2.Если внутренняя борьба во Франции... целиком поглотит Францию, тогда настанет время действовать против чехов.

Вариант 3. Если во время войны с другой державой положение Франции будет таким неопределенным, что она не будет иметь возможности выступить против Германии... наша первая цель ,если мы втянемся в войну - повалить Чехословакию и Австрию одновременно...

Польша, с Россией в тылу, не будет иметь желания вмешиваться...

Военное вмешательство России, имея в виду позицию Японии, более чем сомнительное...

Необходимо предположить, что Британия, воюя с Италией, решит не выступать против Германии..."

Меморандум Госбаха вмещает больше, чем какой-нибудь другой документ, противоречия о начале второй мировой войны. Им оперировали обвинители союзников на Нюрнбергском процессе и использовали чтобы обвинить Геринга и других  в участии в планировании войны 1939 - 1945 годов. Однако значение меморандума намного уменьшилось, когда один британский историк доказал, что меморандум не подтверждает аргументов обвинителей союзных держав на Нюрнбергском  процессе.

                                                      Нюрнбергский процесс.


Наоборот, он показывает, что в ноябре 1937 года нацисты не имели конкретных планов войны и что сам Гитлер не имел четкого представления о развитии ситуации. Документ свидетельствует, что фюрер очень туманно распространялся о возможности крайне ограниченной войны где-то к 1943 - 1945 гг:

" Гитлеровские пояснения - чаще всего просто грезы. Он не раскрыл своих тайных мыслей... Меморандум извещает нас, о том что мы уже знали: Гитлер, как и любой другой немецкий государственный деятель, намеревался сделать Германию  господствующей державой Европы. Документ еще показывает нам как , по мысли Гитлера, Германия могла достичь величия. Его размыщления неверно интерпретированы. Они вряд ли хоть чуть чуть связаны с действительным началом войны 1939 г. " Анализ меморандума проведенный Дж.П.Тейлором  тем более удивительный , что исходит от историка известного как германофоб.

Раздраженные критики накинулись на "пренебрежение к историческому контексту" и динамике нацистского экспансионизма. В середине декабря 1937 года, настаивали они, немецкая армия получила новые директивы, в которых шла речь о военной агрессии против Австрии и Чехословакии. Этот факт они считали являлся основанием для своей интерпретации меморандума, а конференцию - за отправную точку, с которой экспансия третьего рейха вышла из латентной формы и стала явной. Они оказались не в состоянии заметить, что немецкая военная агрессия против Австрии и Чехословакии материализовалась ничуть не в большей мере, чем любой другой с неудачных сценариев фюрера.

Фактически, за то, что Тейлор отбросил "почти общепринятый взгляд,  в том что Гитлер планировал вторую мировую войну", ученого  превратно обвинили в намерениях оправдать Гитлера. А Тейлор всего лишь блестяще продемонстрировал удивительное свойство натуры Гитлера - объединяющей в себе общую агрессивность и несостоятельность сформулировать последовательные военные планы.

Когда после второй мировой войны минуло почти тридцать лет, пишет Норман Дейвис, одной из самых поразительных особенностей дискуссий о начале войны было отсутствие каких-либо упоминаний о Сталине или о динамичном взаимодействии немецкой и советской политики. Все участники дискуссии, включая Тейлора, ограничивались обсуждением намерений Германии, никто не считал необходимым оговорить намерения СССР. Историки просто наткнулись на закрытые двери советских архивов. Если и существует советский аналог меморандума Госбаха, то он еще никогда не видел дневного света. Нет ни одного способа дознаться , думал ли  Сталин о  войне так, как это делал Гитлер. То есть, ввиду отсутствия документальных свидетельств о намерениях Сталина, большинство комментаторов предпочитают делать вид , что здесь нечего обсуждать.

Иосиф Виссарионович Сталин

Тот же Норман Дейвис сказал по этому поводу: "Давняя традиция написания исторических документов породила две противоположные крайности. Одна состоит в том, что если нет возможности изучить хотя бы один документ, значит ничего и не случилось. Другой крайний взгляд, хорошо сформулированный в "законе Тейлора", как его назвали критики этого историка , сводится к утверждению, что документы ничего не значат. Обе крайности одинаково губительны".

Ваш e-mail: *
Ваше имя: *

 

рассказать друзьям и получить подарок

About the author

Комментарии

Ваш отзыв