Вторая Мировая война.Необычный танковый прорыв.

Автор: , 08 Июн 2014

Две внушительные танковые колонны двигались по дороге лязгая гусеницами, ревя и дымя моторами. Обычная картина для Второй Мировой войны. Однако в данном случае было в этом танковом броске нечто чрезвычайно неординарное. Дело в том, что обе колонны бронетехники двигались по одной дороге: одна мчалась на запад, другая, также стремительно, продвигалась на восток. На танковых башнях одной колонны красовались красные звёзды, другая колонна была отмечена чёрными крестами. Придерживаясь правил правостороннего движения и чуть не цепляя друг друга бортами, танковые армады, растянувшиеся на несколько километров каждая, минут десять грохотали в этом странном параде военной мощи. В конце концов стальные чудища разъехались и над дорогой нависла тишина. Только где-то вдали слышалась артиллерийская канонада.

 

Т-34. Основной танк Советской армии во Второй Мировой войне.

Я отношусь к поколению рождённому сразу после войны. Когда я пошёл работать, были ещё живы участники боевых действий. Более того, многие из них работали рядом с нами и иногда случалось слышать такие фронтовые истории, каких ни в одной книге не прочтёшь. Ну, а об учебниках истории, в которых на всю страшную войну отводятся несколько страниц, и говорить не приходится.

Например, старший мастер Алексей Павлович, командовал штрафным батальоном. Его рассказы о штрафбатовских нравах шокировали не только молодёжь, но и ветеранов. Как-то он поведал о случае, когда один из его штрафников шёл в бой совершенно раздетым - вчистую проиграл всё в карты. Алексей Павлович хотел дать бедолаге кое-что из своей одежды, но другие штрафники не позволили. Сказали - не умеет играть в карты, пусть не садится. А возьмёт одежду, получит пулю сзади. Так и шёл этот мужик в атаку нагишом. Хотя командира эти штрафбатовцы берегли и даже прикрывали собой.

Рабочая "лошадка" немецких танкистов, Т-IV.

Слесарь дядя Коля сначала был авиатехником, готовил к вылету истребители. Уже в Польше, в связи с нехваткой пехотинцев, на которых пришлись основные потери, он откликнулся на призыв пойти в пехоту и закончил войну в войсках Рокоссовского, которого он просто обожал и мог рассказывать о нём до бесконечности. А вот о пилотах добрых слов у него почему-то не нашлось. Другой дядя Коля, будучи совершенно русским человеком, воевал в конфедератке, так как был зачислен в Войско Польское. Поляков для этого войска просто не хватало. Самый страшный рассказ  о войне я услышал от грузчика дяди Васи. Такой рассказ печати не подлежит. Более того, я его никогда и никому не пересказывал. А дядя Вася поведал эту историю с лёгким смешком.

Наиболее благоприятная обстановка для ветеранских воспоминаний царила 23 февраля, когда даже самые строгие начальники закрывали глаза на появление спиртных напитков на рабочих местах. Именно в один из таких дней, где-то в конце 80-х годов, и довелось услышать самую удивительную из всех фронтовых историй, ту с которой началась данная статья.

Наш инженер-электрик М., отставной офицер- танкист, маленький, но очень крепкий человек, как и положено быть танкисту, пересказал историю услышанную им тоже в застолье по поводу выпуска офицеров  пятьдесят какого-то года, окончивших бронетанковую академию. М. благодаря своим личным качествам был назначен организатором генеральского застолья. Дело в том, что после торжественной части, проводимой в актовом зале с президиумом из боевых генералов, обычно проводилось застолье для руководства академии, части преподавателей и конечно же для дорогих гостей. По традиции, организатор застолья, как правило один из слушателей данного выпуска, участвовал в посиделке вместе с генералами и старшими офицерами.

В разгар банкета, подвыпившие генералы начали рассказывать друг дружке всякие фронтовые истории. А молодой организатор-выпускник, который должен был быть трезвым как стёклышко, с интересом внимал авторитетным ветеранам. Этот человек называл нам какие-то  генеральские фамилии, но я, к сожалению, их не запомнил. Хотя  с почтением относился и отношусь к танковым полководцам, но они не значат для меня столько, сколько для нашего инженера М., проведшего значительную часть жизни в танковых войсках. Я уже точно и не помню командовал ли генерал, о котором пойдёт речь, танковой дивизией или корпусом.

Рассказ генерала-танкиста. (Передаю от третьего лица)

Шёл 1943 год. На совещании в штабе командующего армией, танковой части руководимой нашим героем, была  поставлена задача для предстоящей операции. Танкисты должны были устремиться в созданный для них прорыв в обороне противника и к назначенному времени оказаться в точке которую на карте показал командарм. За невыполнение приказа - расстрел.

Тут необходимо небольшое пояснение. Сегодня об этой стороне фронтовой жизни Красной армии говорить как-то не принято. А в сталинские времена никто подобного не стеснялся. Например, Г.М.Линьков, партизанский командир, Герой Советского Союза, издавший свои мемуары ещё в 1951 году ( "Война в тылу врага"), легко и спокойно описывал  как он "снимал" с должности партизанских руководителей, чья работа ему показалась неудовлетворительной. Линьков просто доставал пистолет и выпускал пулю в советского офицера. Хотя в его полномочиях можно было просто человека отстранить от должности, перевести в рядовые и т.д. Но Линьков, подобно многим другим высшим командирам, предпочитал просто застрелить не понравившегося ему человека на глазах у подчинённых.( Книга Линькова есть в Интернете, можете почитать сами).

И такое явление редкостью не было. Особенно часто расстрелы офицеров на месте применялись по отношению к приданным частям: танкистам и лётчикам. Если срывалось наступление, то какой-нибудь командарм, выйдя из себя мог обвинить танкистов или лётчиков в срыве задания и тут же, в штабе застрелить офицера. Но на каждое действие вырабатывается противодействие. Война обостряла не только человеческую подлость, но и проявляла лучшие человеческие качества. Такие, как верность братьям по оружию, готовность защитить побратима в любой ситуации. Командиры приданных войсковых частей стали ходить на совещания с хорошо вооружёнными ординарцами, готовыми покрошить за своего командира всех и вся. И эти люди были всё время начеку, пока командиры решали стратегические или тактические задачи. Ординарец без колебаний застрелил бы командующего армией, если бы тот схватился за пистолет с намерением убить его любимого командира.

Это пояснение я вынужден был написать потому, что иначе не понятны будут мотивы танкового командира, героя нашего рассказа.

Продолжим рассказ генерала. Началось наступление. После артподготовки пошли на прорыв штрафные батальоны, искупая свою вину перед Родиной. За ними двинулись, расширяя прорыв, обычные пехотные части. Когда все линии обороны противника были прорваны, вперёд, в тыл врага, устремились танкисты.

Танки на маршевой скорости неслись по дороге длинной колонной, выполняя план командования. По времени они вполне успевали оказаться в нужном месте. Но тут из передней машины пришло донесение, что им навстречу движется мощная танковая колонна противника. Несомненно, это немецкое командование быстро отреагировало и направило танковую часть на ликвидацию прорыва в линии фронта и уничтожение прорвавшихся советских частей. Через каких нибудь час-два эта стальная лавина начнёт утюжить не успевшую закрепиться на новом рубеже советскую пехоту.

Что делать? Разворачивать свои танки  в боевой порядок, защитить пехотинцев и прикрыть все остальные части устремившиеся в прорыв? Но тогда не будет выполнен приказ и не будет к назначенному времени занята обозначенная на карте точка. А за срыв стратегической операции, даже под благовидным предлогом защиты пехоты и уничтожения вражеской танковой колонны, можно поплатиться очень сурово.Ведь командир танковой бригады, дивизии и даже корпуса мог не знать всех целей начавшегося наступления. Так что же делать?

Памятник на Дуклинском перевале.

Командир встреченной немецкой танковой колонны тоже, по видимому, напряжённо решал, что делать ему. Он мог надолго завязнуть во встречном танковом сражении, а тем временем прорыв советских войск всё расширялся бы и углублялся. И сотня сожжённых советских танков не были бы достаточной компенсацией за проигрыш стратегических позиций.

Оба танковых командира приняли одинаковое решение - строго выполнять полученное задание и не отвлекаться привходящими обстоятельствами. И две огромные танковые колонны аккуратно пронеслись по дороге, стараясь не зацепить друг друга, во избежание затора, после которого наиболее вероятным событием был бы бой между ними.

Если у Вас имеются замечания по данной статье, пишите на почту anpp48@gmail.com.

 

 

 

 

рассказать друзьям и получить подарок

About the author

Комментарии

Отзывов (15) на Вторая Мировая война.Необычный танковый прорыв.”

  1. Что-то я почти ничего не понял..

  2. Ты как обычно радуешь нас своими лучшими фразами спасибо, беру!

  3. Круто..взяла почти все))

  4. Автор, а вы из какого города ?

  5. Как-то непонятно изложено… Кто-нибудь понял суть этой статьи ?

  6. Значит всё-таки отреагировали… Долго что-то :)

  7. Я, хоть и не постоянный читатель, но всё же выскажусь. На ваш сайт попал случайно. Однако узнал много чего нового и интересного. Так что, как говорится, АФФТАР ПЕШИ ИСЧО! :)

  8. I simply want to say I am just newbie to weblog and certainly liked this blog site. Probably I’m planning to bookmark your website . You really have great well written articles. Thanks a lot for sharing with us your webpage.

  9. Fine way of telling, and pleasant piece of writing to take facts on the topic of my presentation focus, which i am going to deliver in institution of higher education.

  10. Это удивило меня

  11. Олег:

    Автор,ты ДЕБИЛ ! На фото не Т-34,а Т-50 !

    • admin:

      Дебил — это не человек, который ошибается, а тот, кто не умеет вести себя в приличном обществе, тот, кто лишён внутренней культуры, тот, кто ведёт себя в Интернете как у пивного ларька.

Ваш отзыв