Знамя Победы.Глава 10.Судьбы героев.

Автор: , 21 Май 2014

Все они прожили непростую жизнь, кто короткую, кто долгую. Об одних мы знаем много, о других только краткий момент их жизни. Но они все достойны нашей памяти. В данной главе приводится краткое описание жизни только трёх человек, внёсших свой вклад в победу над врагом. Это сделано по двум причинам. Во-первых вклад этих людей был очень заметным. А во-вторых о них достаточно много известно. К сожалению, о некоторых отважных солдатах можно привести только одну строчку, как, например, о Петре Долгих из взвода Сорокина - что он убит 30 апреля 1945 года на Кёнигсплац, когда весь разведвзвод стремительно бежал по направлению к Рейхстагу. Не смог найти даже год его рождения.

Булатов Григорий Петрович (1925-1973). Многие публицисты, пишущие на тему о войне, считают Григория Булатова первым, кто поднял красный флаг над Рейхстагом. Григорий  Булатов был родом из небольшого городка Слободского под Вяткой. Ему было 16 лет, когда началась война, на которую он проводил своего отца Петра Григорьевича. А вскоре, когда на старшего Булатова пришла «похоронка», сын не стал дожидаться плановой мобилизации и удрал на фронт добровольцем, чтобы мстить за отца. В Берлин пришел с двумя медалями «За отвагу» и орденом Славы на груди, получил ранение. После штурма рейхстага его должны были наградить звездой Героя, но дали орден Красного Знамени. Когда он стал возмущаться и требовать заново «переиграть» бой, его быстро укоротили.

Разведвзвод Сорокина. На переднем плане Григорий Булатов.

По словам Виктора Шуклина - близкого друга Булатова, в июне 45-го, во время торжественного приема в Кремле, его отозвал в сторонку Сталин. Разговор был кратким и без свидетелей:

«Товарищ Булатов! Вы совершили подвиг и поэтому достойны звания Героя Советского Союза, но на сегодняшний день обстоятельства требуют, чтобы на вашем месте были другие люди. Вы должны совершить еще один героический поступок – забыть об этом. Пройдет время, и вас дважды наградят «Золотой Звездой».

После этого его якобы привезли на какую-то дачу для отдыха, предложили выпить-закусить. А потом горничная из обслуживающего персонала инсценировала попытку изнасилования и закричала. Тут же вбежала охрана...

В тюрьме, куда попал Григорий, ему сказали: «Мы знаем, что ты должен был получить «Золотую Звезду». Мы дадим свою высшую награду — «Вор в законе». И сделали ему соответствующие татуировки на груди. Перед тем как выпустить, соответствующие органы предупредили,  чтобы 20 лет молчал обо всем, а потом хоть мемуары можешь писать.

Григорий Булатов устанавливает флаг над Рейхстагом. Кадр из кинофильма Романа Кармена.

Он вернулся в Слободское, пошел работать на фанерный комбинат, женился. Но жизнь знаменосцу, как и многим фронтовикам, сломала атмосфера лжи, окутавшая историю войны. В День Победы он шел в пивную заливать свою боль, не желая участвовать в официальных торжествах – ему все равно никто не верил. Именно тогда к нему приклеилось ироничное прозвище «Гришка-рейхстаг».

Он надеялся, что добьется справедливости, писал письма Жукову и Кармену, вел дневник, но в итоге оказался неудобным для властей и угодил под суд по сфабрикованному делу. Ходатайствовать об освобождении знаменосца приезжал его бывший командир дивизии генерал Шатилов. Вернувшись из тюрьмы домой, Булатов обнаружил, что письма Жукова и Кармена таинственным образом исчезли.

В 1969 году, после скандала в горкоме, где пытался «вывести на чистую воду» местных чинуш, Булатов схлопотал еще один срок – за хулиганство. Выйдя на волю, купил билет до Москвы, чтобы встретиться с однополчанами. На столичном вокзале вместо паспорта показал милиционеру справку об освобождении, был посажен в вагон и отправлен обратно в Кировскую область.

Доказывать свою правду сил у него уже не было. Вернувшись в Слободское, Булатов пошел к себе на завод и повесился в туалете. Было это в апреле 1973 года – за десять дней до очередной годовщины штурма рейхстага…

Памятник Григорию Булатову

Признание, пришедшее через много лет.

В 2005 г у входа на кладбище города  Слободского, был возведён памятник Григорию Булатову в виде массивной гранитной плиты, на которой высечены слова «Знаменосцу Победы».1 февраля 2010 г состоялась презентация макета 8-метрового памятника Григорию Булатову, который должен был быть  установлен в Парке Победы города Кирова. Для сбора средств на сооружение памятника был создан специальный фонд. К сожалению собранных средств оказалось недостаточно для грандиозного памятника.

Берест Алексей Прокопьевич(1921 – 1970). Замполит батальона. Во время штурма Рейхстага, по просьбе командира батальона, командовал 2-ой ротой. Выполнил поручение комбата и обеспечил водружение Знамени Победы, в ночь с 30 апреля на 1 мая, привязав его к  бронзовой конной статуе на крыше рейхстага. Переодетый полковником (немцы требовали генерала или хотя бы полковника) вёл переговоры с защитниками Рейхстага о сдаче. Комбат Неустроев выступал здесь в роли ординарца.

В 2009 году журналист Елена Марценюк взяла интервью у дочери Алексея Прокопьевича – Ирины Алексеевны. Вот это интервью с некоторыми сокращениями:

- Не многие знают, что только 2 мая 1945 года, когда рейхстаг был окончательно очищен от врага, Егоров и Кантария перенесли знамя на  самую вершину здания. Это оказалось нелегким делом: они карабкались по металлическим ребрам купола, в которых остались осколки стекла, резавшие им руки, но ни одного выстрела уже не звучало.
А рейхстаг, как вспоминал Неустроев, в этот день стал буквально местом паломничества. Сюда советские воины приходили пешком, приезжали на танках, конях, автомашинах... Всем хотелось посмотреть на логово врага, расписаться на его стенах. Красных флагов снаружи и внутри появлялось все больше и больше. Явились корреспонденты и фоторепортеры.
Вот почему все снимки знаменитых военных фотокоров - Халдея, Шагина, Морозова, Шейнина, Темина – сразу обошедшие газеты всего мира, были инсценированными и сделанными при солнечном свете. А для многих из тех, кто позировал, они стали поводом требовать для себя награду за водружение знамени Победы.

- А где в это время был ваш отец?

- Накануне он вызвался быть парламентером при переговорах о капитуляции с засевшими в подвалах рейхстага немцами, а утром уже получил новый приказ командования:  сопровождать эшелон с освобожденными из немецких концлагерей советскими воинами и остарбайтерами. За участие в водружении знамени и взятие в плен огромного числа немцев  Неустроев дал ему несколько дней отпуска, которые отец намеревался провести в родном селе Горяйстевка под Ахтыркой на Сумщине. Добираясь на родину, где-то в районе Харькова он заболел тифом.  На следующей станции его сняли с поезда и отправили в ближайший на то время военный госпиталь в Ростове-на-Дону. Здесь он встретил симпатичную медсестру Людмилу Евсееву, мою будущую маму. После выздоровления отца они поженились и уже вместе вернулись в Германию...
В начале мая 1946 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении звания Героя Советского Союза офицерам и сержантам, которые подняли знамя Победы над рейхстагом: капитану В.Давыдову, сержанту М.Егорову, младшему сержанту М.Кантарии, капитану С.Неустроеву, старшему лейтенанту К.Самсонову. Лейтенанта Алексея Береста среди них не оказалось.

Алексей Берест.

- Ирина Алексеевна, была ли у Алексея Прокопьевича своя версия, почему так произошло?

-  Возможно, сыграл свою роль тот случай с офицером СМЕРШа когда отец не дал ему часов для «особистов», о котором вы писали, а может, перепись ценностей в доме Гиммлера, которые перекочевали не в музеи, а на виллу одного из маршалов, о чем отец заявил во всеуслышанье. А возможно, инцидент, когда в азарте наступления его бойцы, не разобравшись, какое помещение штурмуют, гранатой взорвали двери и обстреляли посольство одного из нейтральных государств, которое сразу же обратилось с нотой к правительству СССР. Отца как замполита обвинили «в плохой воспитательной работе в батальоне». Отстаивать его доброе имя было некому: Жуков уже находился в опале, генерал-лейтенант Телегин под следствием по делу Жукова, Неустроев надолго запил… Он только через много лет рассказал папе о своей встрече с бывшим членом Военсовета фронта Телегиным, уверявшим, что во всем виноват Жуков. Дескать, маршал, прочитав представление к званию Героя, недовольно сказал: «Еще один политработник» — и собственноручно вычеркнул фамилию Береста из списка. Любая из причин могла сыграть свою роль. Но факт остается фактом: отец заслуженного высокого звания так и не получил.

- Как складывалась жизнь Алексея Береста в послевоенные годы?
- Дослуживал папа на Черноморском флоте в Севастополе. Там я и родилась в 1948 году. Моряки традиционно не очень почитают представителей сухопутных войск, но отца любили. На груди у него сиял орден Красного Знамени, ордена Красной Звезды и Отечественной войны первой степени, медали.  Все знали подробности его боевого прошлого. Когда отец демобилизовался,  офицеры и матросы провожали нашу семью на вокзал, жалели, что расстаются, многие из них, взрослых людей, называли его батей. Родители отправились тогда на родину мамы – в пригород Ростова-на-Дону – село Покровское Неклиновского района. Так отец стал ростовчанином.

Берест(слева) в Севастополе.

- Ирина Алексеевна, я не могу обойти молчанием вопрос об уголовном деле, которое вскоре завели на вашего отца в Ростове-на-Дону…

- Папа начал работать заведующим районным отделом кинофикации. Как-то в январе 1953 года к нему с проверкой явился  ревизор и сообщил, что в зале на киносеансе людей больше, чем продано билетов. Факт подтвердился. Выяснилось, что кассир и бухгалтер допустили более пяти с половиной тысяч рублей потерь. Завели уголовное дело. Следователь на допросе начал обвинять     заведующего в сговоре с ними. На слова, почему он не верит боевому офицеру, язвительно сказал: "А это еще нужно проверить, где и как ты воевал. Ты, наверное, и в войну тепленькое место имел? Подожди, и туда доберемся!".
Отец всегда был горяч и скор на руку, тут и вовсе не выдержали нервы. Он схватил перепуганного следователя, поднял, как ребенка, и вместе с креслом выбросил из окна второго этажа.       Сразу возбудили еще одно уголовное дело. В протоколе описания имущества во время ареста под напечатанным заголовком «Название и описание предметов» карандашом следователя записано: «Нет ничего». А обвиняли отца в присвоении денег!

14 апреля 1953 года приговором суда Алексея Береста лишили свободы на 10 лет и отправили на лесоповал в пермские лагеря. Благодаря амнистии срок сократили наполовину. Но он не стал просить о помиловании. Писал в письме жене: «Проси от себя. Мне нельзя: я себя виноватым не признаю... Значит, мне судилось просидеть в этом аду и побывать в этом уголовном мире... Я ни перед кем на коленях не стоял и никогда не стану».

Только лет через двадцать Людмила Федоровна Берест нашла того следователя, и он признался, что на него давили сверху — «или он сядет, или ты вылетишь с работы».

- И неужели за все годы Алексей Прокопьевич так ни разу и не попытался добиться справедливости по отношению к себе?
- После возвращения домой отец устроился в литейный цех  завода «Ростсельмаш». Кстати, и меня туда привел через некоторое время. Так что это наше родное предприятие. Папа пользовался огромным уважением всего коллектива, с ним дружили многие работники завода. Часто к нам в гости приезжали и его однополчане. И всегда разговор заходил о необходимости восстановления исторической справедливости.

Бывало, приедет Степан Неустроев, выпьют по рюмочке, тот снимет свою Золотую Звезду и отдаст отцу: «На, возьми, Алеша, она твоя, ты ее заслужил». Отец отводил его руку: «Прекрати, Степа». Ему было неудобно и больно, он не любил этого, как не любил и трансляций парадов в День Победы. Всегда выходил из комнаты или выключал телевизор. Понимал, что как судимый по уголовной статье лишился своего героического прошлого – такие были тогда порядки в стране.

Но однажды все-таки написал письмо Хрущеву. Описал все как было: как с боем поднимались на крышу, как укрепляли знамя, как ходил к немцам на переговоры. В ноябре 1961 года ЦК КПСС решил собрать в Институте истории марксизма-ленинизма закрытое совещание по этому вопросу, куда вызвали и отца.

Он рассказывал об этом так: «Сперва нас пригласили на Старую площадь в кабинет Суслова. Там был начальник Главного политического управления армии маршал Голиков, генерал-полковник Переверткин, бывший командир нашей дивизии Шатилов и еще много других военных и гражданских. Выступил Переверткин, сказал, что из тридцати четырех удостоенных звания Героя почти половина приходится на 150-ю дивизию. И никого с наградами не обошли. Шатилов подтвердил то же. Я надеялся на Неустроева, потому что тот больше всех знал обо всем этом, но он молчал, пряча от меня взгляд, смотрел в стол, а когда говорил, то повторил уже сказанное. Я не выдержал, воскликнул: «Неужели и здесь не хотят слышать правду?» В ответ Суслов ударил ладонью по столу: «Я лишаю вас слова, Берест!» В конце концов решили ничего не менять, оставить, как было».

И все-таки после того памятного закрытого совещания  в пятом томе шеститомной «Истории Великой Отечественной войны» появились более-менее правдивые строки: «В ночь на 1 мая по приказу командира 756 полка полковника Ф.Зинченко были приняты меры по установлению на здании рейхстага Знамени, врученного полку Военным Советом 3-й ударной армии. Выполнение этой задачи было возложено на группу бойцов, возглавляемых лейтенантом А.Берестом. Рано утром 1 мая на скульптурной группе, венчающей фронтон дома, уже развевалось Знамя Победы: его установили разведчики — сержанты М.Егоров и М.Кантария».

В десятом томе 12-томной «Истории второй мировой войны» об этом говорится уже несколько шире. Об участии А.Береста в водружении знамени Победы, переговорах с фашистами в подвале рейхстага написали в своих мемуарах В.Субботин - «Так заканчиваются войны», Е.Долматовский - «Автографы Победы», П.Трояновский - «На восьми фронтах», В.Шатилов- «Знамя над рейхстагом», Ф.Зинченко - «Герои штурма рейхстага», С.Неустроев - в воспоминаниях «О рейхстаге на склоне лет».

Подвигу лейтенанта Береста посвящены три документальных фильма, наиболее удачным из которых Ирина Алексеевна Берест считает ленту кинорежиссера Калугина, вышедшую к 55-летию Победы, которая так и называется «Алексей Берест». Стал он и героем художественного кино – в эпопее «Освобождение» роль Береста исполнил актер Эдуард Изотов, удивительно похожий на своего героя.  Книги Алексею Бересту посвятили украинский журналист Николай Мотренко и его немецкий коллега Карл Кокошко. Казалось бы, медленно, но верно справедливость начала торжествовать. Вот только Алексей Прокопьевич Берест об этом уже  узнать не мог.

3 ноября 1970 года в семь часов вечера Берест вел пятилетнего  внука Алешу из детсада. Переходили железнодорожное полотно возле платформы «Сельмаш». Впереди шла женщина с маленькой девочкой. В этот момент подошла электричка. Толпа людей ринулась на перрон. Кто-то толкнул ребенка на рельсы. В этот момент по параллельной линии шел поезд. Громко закричала мать, все растерялись. А Алексей Берест оттолкнул Алешу и бросился спасать малышку. Выхватил ее с рельс, а сам выскочить не успел. Поезд выбросил его на платформу, которая была напротив. В четыре утра, не приходя в сознание, Алексей Прокопьевич умер. Было ему всего 49 лет.

— За несколько дней до несчастья, — рассказывает Ирина Алексеевна, — отец громко кричал во сне. Мама разбудила, спросила, что случилось. Он сказал, что приснилось, будто его в бою тяжело ранили и он умирает.
- Господь с тобой, сколько можно о той войне вспоминать. Лучше давай куда-нибудь сходим, в театр или музей, купишь цветы. Ты так давно не дарил их мне.
— И то правда. На день рождения, обещаю, у тебя будет много цветов, — ответил он.

У мамы день рождения 7 ноября. Отца хоронили 6-го. День рождения, естественно, никто не отмечал, мы с мамой были в черных платках, а в квартире действительно было очень много цветов…

- Ирина Алексеевна, но ведь сегодня с полным основанием можно сказать, что память о вашем замечательном отце и его подвиге восстанавливается.

- В Ростове-на-Дону к нему всегда относились как к герою: есть улица, школа его имени. У входа на завод «Ростсельмаш» открыта мемориальная доска его памяти, а на территории воздвигнут монумент, где отец изваян на фоне знамени. Есть на заводе и мемориальный музей Алексея Береста. Совсем недавно, в конце апреля этого года, появилась еще одна мемориальная доска на его доме. Но только благодаря его Родине, Украине, правда о подвиге отца стала по-настоящему гласной.

В 2005 году к шестидесятилетию Победы папе посмертно присвоили высокое звание Героя Украины. Церемония награждения очень торжественно проходила в Мариинском дворце в Киеве с участием президента Украины Ющенко. Мы с сыном присутствовали на ней в качестве ближайших членов семьи Алексея Береста. Вечером в Софиевском комплексе был организован прием по этому поводу.    Чуть позже нам была предоставлена возможность побывать на родине отца в Ахтырке. Там простые люди окружили нас таким вниманием, таким теплом, что до сих пор я вспоминаю эти мгновения со слезами на глазах. В Ахтырке тоже есть школа имени Алексея Береста и его музей. Кстати, земляки отца подарили нам два экземпляра книги «Сумщина в именах», в которой еще задолго до официального обнародования правды об истинных участниках водружения знамени Победы над рейхстагом, был помещен очерк об Алексее Бересте.

Памятник Алексею Бересту в г.Ахтырка Сумской области.

Президент Ющенко предложил нам перезахоронить останки папы на Холме Славы в Киеве, где похоронены Герои Украины. Мы отказались, потому что не хотим понапрасну тревожить его прах. Пусть упокоится с миром: его жизнь и без того была беспокойной и трудной. Кроме того, не хочется, чтобы вокруг имени отца возникали даже косвенные политические спекуляции. Ведь Россия, являющаяся официальной преемницей СССР, до сих пор не предпринимает никаких шагов, чтобы исправить несправедливость, совершенную по отношению к истинному Герою Советского Союза Алексею Бересту шестьдесят лет назад.

Халдей Евгений Ананьевич  (1917- 1997).В годы войны фотокорреспондент ТАСС. Родился в Донбассе, в посёлке Юзовка, выросшем со временем в большой город – Донецк. Когда Евгению было около года, во время еврейского погрома, черносотенцы убили его мать, прикрывшую сына своим телом. Но пуля, прошедшая через тело матери, всё равно ранила ребёнка. Мальчик, слава богу,  выжил и сумел сделать в своей жизни немало. Без его фотографий мир много бы потерял.

Жизнь не баловала Е.Халдея. В тридцатых годах он чудом выжил во время страшного голода в Украине. С 1936 года Евгений Халдей работает в фотохронике ТАСС. Войну он начал снимать прямо 22 июня 1941 г. Его фотография, «Первый день», отснятая на московской улице, обошла весь мир. В качестве фронтового фотокорреспондента Евгений прошёл всю войну. Среди его фотографий есть снимки красных знамён водружённых советскими войсками при освобождении Новороссийска, Керчи, Севастополя и других городов.

Первое военное фото Е.Халдея. Москва, 22 июня 1941г. Люди слушают заявление Молотова.

Во  взятом, в тяжелых боях, Будапеште, кто-то дал Халдею газету с фотографией знаменитого американского фотожурналиста Джо Розенталя. На очень динамичном снимке американские морские пехотинцы водружают звёздно-полосатый флаг на острове Иводзима, взятом после крайне ожесточённых боёв. Этот постановочный снимок стал в Соединённых Штатах культовым, главным фотоснимком  Второй мировой войны. Работа Д.Розенталя произвела на Евгения огромное впечатление и послужила толчком для  обдумывания фотосюжета  с флагом, достойным для завершения его фронтовой фотоэпопеи.

Забегая несколько вперёд, скажем, что Халдей и Розенталь встретились на Нюрнебергском процессе и подружились. Джо подарил Евгению прекрасную фотокамеру со вспышкой. Есть великолепный снимок (к сожалению, пока не знаю автора) где Е.Халдей стоит около скамьи подсудимых, недалеко от Гёринга и у него в руках фотокамера, подаренная Д.Розенталем.

Поставив перед собой цель, Евгений Ананьевич подумал, что неразумно действовать на авось. А вдруг ему не подвернется в нужный момент подходящий флаг. И он попросил ТАССовского завхоза, Григория Любинского, помочь ему с материалом для флага. Любинский презентовал ему три красных  скатерти. (В те годы при  заседаниях парткома или месткома президиум сидел за столом накрытым, как правило, «революционной» красной скатертью). Дальний родственник Евгения, портной Израиль Соломонович Кишицер, сшил ему из этих скатертей три флага. Серп, молот и звезду Халдей вырезел из простыни лично. Вот эти три флага и находились в рюкзаке фотокора, всегда были готовы к использованию в подходящей ситуации.

Первый флаг был задействован утром 1 мая. Прибыл генерал Кребс для переговоров о перемирии, сообщивщий о самоубийстве Гитлера. Халдей сделал множество снимков и вдруг обратил внимание  на огромную фигуру орла, оседлавшего земной шар, «украшенный» свастикой. Орёл находился на крыше здания аэропорта. Это здание, в котором расположился штаб 8-ой гвардейской армии Чуйкова, было на то время самым большим зданием в Европе. Е.Халдей взобрался на крышу здания с тремя солдатами и водрузил свой флаг.

Первый флаг Е.Халдея был размещён на здании аэропорта Темпельхоф - самого большого здания в мире на то время.

Второй флаг был водружён рано утром 2 мая над Бранденбургскими воротами. Когда Евгений Ананьевич подошёл к этим воротам, он сразу вспомнил трофейную фотографию, на которой стройные колонны немецких солдат, победителей Франции, проходили, осыпаемые цветами, через Бранденбургские ворота . Халдей увидел двух солдат взобравшихся на ворота и привязывавших флаг высоко над головой богини Виктории. Он тоже с трудом, по разбитой лестнице,  вскарабкался на ворота и, с помощью солдат, укрепил свой  флаг №2. Сделал и несколько снимков. Один из них был особенно удачным, но его впервые опубликовали только к 25-летию победы. Слезть с ворот оказалось сложнее, чем залезть. И спрыгивая вниз Евгений больно ушиб ноги.

Находясь на Бранденбургских воротах, Евгений увидел вдалеке купол Рейхстага. Знамени Победы  на куполе ещё не было. Сейчас мы уже знаем, что гарнизон Рейхстага капитулировал 2-го мая в 7 часов утра. Не задержись Евгений у Бранденбургских ворот, он смог бы пополнить свою коллекцию исторических снимков  фотографиями сдающегося гарнизона Рейхстага. Халдей тогда этого не знал. Он, крадучись, подошёл к зданию бывшего парламента  и увидел у входа группу солдат и офицеров. Не говоря ни слова, вместо приветствия, достал из-за пазухи заветный флаг и показал бойцам. Они аж ахнули от изумления и вызвались проводить фотокора на крышу.

Свой второй флаг Победы Евгений водрузил на Бранденбургских воротах.

В своём интервью киевским журналистам Е.Халдей вспоминал, что к горящему куполу Рейхстага приблизиться было невозможно. Купол полыхал, валил густой дым, сыпались искры. Поэтому он начал искать другое место, с хорошим видом на Берлин. Стоя на самом краю крыши Евгений отснял две кассеты. Фотографии получились отменные, на фоне разрушенной немецкой столицы, с улицей полной всяческой техники: трамваи, танки, машины. По окончании фотосессии, флаг №3 был прикреплён на лепной фигуре. Евгений, уже стоя внизу, с волнением бросил последний взгляд на свой личный флаг Победы.

Евгений Халдей на фоне Рейхстага.

В 1949 году Е.Халдея уволили из фотохроники ТАСС не объясняя причин. Началась пора «борьбы с космополитизмом», направленная против евреев. Сталин обнаружил в своей империи  ещё один «вредный» народ. Евгений долго не мог найти работу, написал даже в ЦК КПСС. Один из лучших фотожурналистов мира с трудом устроился в маленький отраслевой журнал. Наконец, в 1957 году, с изменением политической обстановки в государстве, Е.Халдей был принят  на работу в газету «Правда», где и проработал 15 лет, вплоть до пенсии.

Воистину, нет пророка в своём отечестве! В 1995 г Е.А.Халдей был приглашён на международный фестиваль фотожурналистики, проходивший в г.Перпиньян, Франция. Был приглашён и Джо Розенталь – ветераны фотожурналистики снова встретились через 50 лет. Оба были удостоены наивысшей награды в мире искусств – получили титулы «Рыцарей ордена искусств и литературы». Старички вышли на сцену для награждения уже украшенные своими знаменитыми фотокадрами, висевшими у них на груди. У Розенталя – десантники на Иводзиме, у Халдея – его Знамя Победы.

В 1997 году на Западе вышел документальный фильм: «Евгений Халдей – фотограф эпохи Сталина». В этом же году американское издательство «Aperture» выпустило фотоальбом: «Свидетель истории. Фотографии Евгения Халдея».

Я поделился с Вами информацией, которую "накопал" и систематизировал. При этом ничуть не обеднел и готов делится дальше, не реже двух раз в неделю. Если Вы обнаружили в статье ошибки или неточности - пожалуйста сообщите. Мой электронный адрес: anpp48@gmail.com. Буду очень благодарен.

рассказать друзьям и получить подарок

About the author

Комментарии

Отзывов (8) на Знамя Победы.Глава 10.Судьбы героев.”

  1. По правде говоря, сначала не очень то до конца понял, но перечитав второй раз дошло — спасибо!

  2. Это действительно удивляет.

  3. Ваш блог у меня в фаворитах

  4. Молодец. Мне очень нравится.

  5. Поздравляю, эта блестящая мысль придется как раз кстати

Ваш отзыв