Одесса.Куяльник.Однажды летом.

Автор: , 21 Июл 2014

 

Большое  удовольствие  лежать в  теплой  соленой воде, вдыхать  целебный  воздух и думать ни о чем. Летнее солнце неспешно клонилось к вечеру, продолжая греть  воздух, воду и тела людей приехавших за здоровьем. Мысли в голове лениво всплывали и также лениво погружались куда- то вглубь. Удержится ли Черноморец в этом году в Премьер-лиге? Уровень воды в лимане опять понизился. И что думают себе городские и областные власти?  Надо все-таки купить резиновую подушечку для лимана.

Глаза сами, время от времени, скользили по берегу,  выискивая стройный  силуэт  «Альмеры» в  беспорядочном стаде автомобилей,  терпеливо ожидающих своих, разомлевших от жары  и покрытых  белой солью или черной грязью, владельцев. А чуть дальше поднимала горизонт   плоская вершина  Жеваховой  горы. Эта ее удивительная особенность порождала  множество легенд. Очевидцы, которых в Одессе всегда хватало, божились, что видели взлетающие из горы  НЛО. Павел улыбнулся, представив себе базу инопланетян чуть ли не в центре города. И вдруг увидел прямо над горой нечто  сверкающее, пульсирующее, зависшее на какую-то секунду и тут же растворившееся  в знойном воздухе. Проснулся Павел от холода. Солнце уже закатилось. Лежащих, сидящих и бредущих по воде – уже не было никого.

Санаторий Куяльник, грязелечебница. Корпуса ХІХ века.

- Во я даю, - пробормотал Павел, быстро вскочил и пошлепал в сумерках к берегу ощупывая на ходу кепку, где за подкладкой хранились ключи от машины.

Ключи были на месте, а вот машины… Машины на месте не было. Впрочем, не хватало не только машины, не было чего-то  еще. И это  тревожило. Сердце застучало сильно-сильно. Нет  корпусов  санатория, трех  многоэтажных корпусов, стоявших на берегу Куяльницкого лимана как три богатыря на пограничной реке.

Послышались  шаги. Две фигуры в белых костюмах приблизились, и Павел увидел фуражки с кокардами и, о боже, шашки на боку. Одна из фигур поднесла руку к козырьку и пробасила с интонацией позволяющей продолжать дальнейший разговор, как в уважительной тональности, так и в стиле стоять-молчать.

- Господин хороший! Купаться  изволили? Али скоилось что?

- Не может быть, - стучало в голове.

Но на шутников люди в белых мундирах не походили. Да и берег изменился, уровень  воды сильно поднялся. Дорога исчезла… и здания тоже. А старый санаторный корпус, построенный еще во времена  Николая II, выглядел в сумерках как новый. И тут  снизошло озарение:

- Так что же получается, я попал в прошлое? Неужели это сверкающее НЛО натворило такую беду?

Мысли мелькали хаотично и лихорадочно. Белые мундиры пока что терпеливо ждали ответа. И что сказать? Здрасти, я из ХХI века? А Вы в каком году живете? Сразу  завезут в дурдом. Хотя может быть  это и к лучшему. Во всяком случае, иметь беседу с культурным человеком в белом халате выглядело  как-то более  обнадеживающе, чем с  городовыми.  Но сказать о ХХI веке  язык не повернулся. Павел начал слегка  дрожащим  голосом  объяснять, как он задремал в воде, судорожно обдумывая  последующие свои действия. И тут же понял, что сказал что-то не так. В городовых произошли  какие-то еле уловимые изменения. Они переглянулись и старший, неестественно сладким  голосом,  предложил подвезти «господина хорошего» домой на пролетке.

- Ну что ж, - вздохнул Павел. – Придется-таки играть сумасшедшего. Главное, не переиграть. Мужики, похоже, попались ушлые. То, что барин не помнит своего адреса, городовых ничуть не смутило. Они доверительно сообщили, что могут завезти его к замечательному  «дохтуру», где и чайком можно побаловаться и даже переночевать, ежели што. Уж такой этот «дохтур» компанейский.

- Дай Бог, чтобы отвезли на Слободку, - думал Павел. - И поскорее.

Он чувствовал себя крайне некомфортно. Босиком, спотыкаясь о камни и наступая на колючки, в одних мокрых плавках и весь покрытый  соленым панцирем  от лежания в целебной куяльницкой ропе, Павел поднялся сопровождаемый городовыми по  высокой каменной лестнице, хорошо знакомой ему из «прежней жизни». Извозчик покосился на голого господина, но ничего не сказал. Совсем стемнело. Над головой висело черное-черное бархатное небо с  необыкновенно яркими звездами. Такого неба и таких звезд над  Одессой  Павел  никогда не видел и даже не предполагал что такое вообще может быть. Грандиозное впечатление производил Чумацкий Шлях (Млечный Путь), еле видный в небе современного города. От пересыпских мостов повернули в сторону Слободки. Ехали молча. Каждый думал о чем–то своём.

Куяльницкий лиман с целебными грязями, конкурирующими с мёртвым морем.

Двери открыл санитар, проводил к доктору. Молодой врач  посмотрел на Павла, хмыкнул и попробовал выпроводить городовых. Те уходить, похоже, не  собирались, чего-то ждали. Наконец старший, помявшись, произнес: «Нам бы самого». Врач какое-то время посопротивлялся, но видя непреклонность городовых, отправил санитара за «самим». Спустя некоторое время пришел врач средних лет, очень похожий на Чехова.

Что у Вас батенька, - спросил он Павла.

Доктор, - ответил Павел. - Я готов разговаривать с Вами на все интересующие Вас  темы, но буду искренне Вам благодарен, если Вы сначала  предоставите мне  возможность помыться.

Ответ, судя по всему, доктора удовлетворил, поскольку он достал из бокового кармана халата какую-то бумажку и протянул ее городовому. Несмотря на завидную ловкость, которую проявил слуга порядка, Павел, увлекавшийся одно время собиранием старинных дензнаков, опознал «катеньку», сотенную купюру с изображением Екатерины II. Ого, - подумал Павел. - Да за такие деньги они  меня с края света доставили бы. Интересные у них расценки. То-то городовые так оживились обнаружив меня на берегу лимана. И зачем  я нужен этому доктору?

Отмывшийся от соли, погруженный в теплый махровый халат, Павел с удовольствием пил чай. Доктор сидел напротив и молчал, наблюдая за своим пациентом. Наконец он сказал:

- Год?

- Что? - не понял Павел.

Я спрашиваю, - четко и внушительно произнес доктор. - В каком году от рождества Христова Вы находились сегодня утром?

День, или  вернее, вечер потрясений  для Павла продолжался. Вопрос в лоб с одной стороны обескуражил, а с другой – сделал ненужными сложные построения, которые толпились в голове, чтобы как-то объяснить  свое пребывание в прошлом времени.

- 2011-й.

- Замечательно, - кивнул доктор.

- А теперь, батенька, допивайте чай и спать. Уже поздно. Поговорим завтра. И не переживайте, все как-то образуется.

Павел долго не мог уснуть и проснулся лишь когда принесли завтрак. Здоровенный санитар поставил на столик поднос с едой и, пожелав приятного аппетита, вышел из комнаты.  Завтрак был вкусный и, главное, усмехнулся Павел, экологически чистый. Прошел обед, за ним ужин, но ни «Чехов», ни какой-либо другой врач так и не зашли. Зато навалилась черная  тоска. Где–то там остались семья, работа, весь огромный мир. Для всех он просто исчез, его наверное ищут, родные сходят с ума. А он тут, в мире, где еще не родились его мать и отец. Подобный случай Павел знал – повела бабушка внука в школу и домой не вернулась. Родные перевернули весь город, подключили всех, кого могли, а могли много, да все без  толку.

«Чехов» появился на следующий день, после завтрака. И смотрел он на Павла с нескрываемым интересом. Даже ответил на вопросы. Из его ответов Павел понял, что он далеко не единственный  «путешественник во времени» поневоле. В соседних комнатах обитают  такие же несчастные люди «выпавшие» из своего времени самым непонятным образом, и теперь доживающие свой век в этом заведении. Многие, особенно пожилые люди даже довольны: тепло, светло, хорошо кормят, можно читать книжки либо что-нибудь мастерить. Разумеется, он отлично понимает, что Павла такая перспектива не очень радует, но, в то же время, для него есть нечто обнадеживающее. Но что, он и сам пока не знает.

Вскоре после обеда в палате  появился новый посетитель – худощавый офицер в голубой форме. Жандарм, - сообразил Павел. Пристально глядя в глаза, он не спеша развернул маленький сверточек и достал автомобильные ключи с брелком, которые остались в кепке и о которых Павел совершенно забыл.

Ваше? – спросил жандарм, явно наблюдая за реакцией Павла.

Моё. Спасибо, - поблагодарил Павел, протягивая руку за ключами.

Но жандарм вовсе не спешил отдавать ключи.

- Вечером извозчик  кепку принес, сказал, что раздетый господин в пролетке забыл. А за подкладкой странные ключи и еще более  странный брелок. Мы тут показывали эту штуку и ювелирам, и часовщикам, и даже профессорам университета. И, Вы знаете, все они утверждают, что это сделать невозможно, по крайней мере, в наше время. Но самое интересное  произошло в кабинете профессора, когда тот нажал вот на эту кнопочку. У  профессора много всяких штучек  на столе и в шкафу. Так вот, один стеклянный пузырек, набитый железными опилками, оказывается та  штука называется  «трубка Бромли», бурно отреагировал на нажатие кнопочки. Профессор пришел в такое возбуждение! Он поочередно, то тряс трубочку, то нажимал кнопочку. И каждый раз при нажатии на кнопку в пузырьке проскакивали искры. Наш мудрый профессор, на то он и профессор, предположил, что если вот эта маленькая  штучка, - он показал на брелок – предназначена передавать такой сильный и устойчивый сигнал, то обязательно должно быть что-то, что этот сигнал должно принимать.

За дверью послышались голоса, которые становились всё громче. Павел узнал голос «Чехова». Дверь приоткрылась, и в ней появилось усатое лицо в голубой  жандармской фуражке. «Ваше благородие, «дохтур» хотят войти».

- Никого не впускать, - жестко произнес  собеседник Павла, и лицо тут же исчезло.

- Не дают спокойно работать, - пожаловался жандарм, - тем не менее перейдем к делу. Я за этой богадельней давно присматриваю. Прикрываются сумасшедшими, но  в основном интересуются  людьми вроде Вас. Так с какого года Вы к нам погостить прибыли? Павел уже перестал чему-либо удивляться,  но в жандарме что-то настораживало, и он решил потянуть время.

- Почему Вы пришли к такому выводу? - задал Павел встречный вопрос, из которого далее можно было, как согласиться  так и не согласиться с предположением визитера. Офицер,  после паузы, в течение которой он «фирменным» жандармским взглядом «василиска» пытался подавить волю собеседника, медленно и внятно произнес: «На основании предъявленных Вам вещественных доказательств можно предположить, что Вы являетесь иностранным агентом прибывшим с неясными целями. На  меня государем императором  возложены обязанности защищать интересы государства от возможных посягательств. Если Вам, молодой человек, не  с руки дать мне исчерпывающие объяснения Вашего пребывания  в нашем городе здесь, в этой  удобной светлой комнате, то я имею власть препроводить Вас в одну из камер, имеющихся в моем распоряжении, где никто нам не будет мешать  вести продолжительные беседы о международном положении, об истории или литературе. Я, кстати, являюсь большим поклонником г-на Уэллса. Его «Машина времени» впечатляет, не так ли?

2011-й, - сказал Павел, содрогнувшись от перспективы переселения в полицейский участок.

Это сообщение, похоже, чем-то расстроило жандарма.

Сто лет, - произнес он задумчиво. - Даже больше. Это много, очень много. Но ничего не поделаешь, будем работать. Вы  производите впечатление человека интеллигентного. Историей  города, краеведением никогда не увлекались? Вы уже знаете в какое время  Вы попали, какой год за окном этой комнаты? Ну и чудесно! Вы, с моим участием, начинаете восстанавливать ход событий столетней давности начиная с сегодняшнего дня. Мне интересно знать, что же  будут думать  потомки о нас, людях начала ХХ века. Я хочу знать: что, где и когда. Вы меня понимаете?

Совершенно обескураженный Павел спросил:

- Вы хотите чтобы я написал историю ХХ столетия? Но это займет очень много времени. Может  достаточно будет описания  только тех  лет  и  событий, которые  принесли кардинальные изменения в жизнь  нашего города, например, сороковые годы или девяностые?

- Нет-нет, - энергично запротестовал жандарм. - Я не собираюсь  загружать Вас непосильной работой на долгие годы. Меня интересуют в первую очередь ближайшие к нам 2-3 года. Я хочу знать, что за это время произойдет  в Одессе экстраординарного или необычного. Обязательно учтите мою профессию. Я хотел бы знать все об убийствах, покушениях, крупных кражах или аферах».

- Ага, - осенило Павла. - Да ты хитрован. Зная, что произойдет в ближайшие пару лет можно продемонстрировать начальству своё «профессиональное чутье» и сделать блестящую карьеру. А меня он засунет в какой-нибудь подвал и будет доить информацию, пока это возможно. В какой-то момент, который обязательно наступит, я стану не то что не нужен, а просто опасен, в случае разоблачения. Вряд ли этот энергичный офицер позволит мне остаться  в живых ,когда его звезда начнет стремительно восходить. Нужно его как-то отвратить от этой идеи, показать ее бесперспективность, направить его энергию в другое русло. Но сделать это крайне осторожно: он человек весьма неглупый и решительный. Кто знает, что он предпримет?

- Хорошо, - сказал Павел. – Я, кажется, понял, чего Вы от меня хотите .

И он стал изображать мыслительный процесс - морщить лоб, покусывать губы, сплетать и расплетать пальцы. Продемонстрировав своему визави включение интеллектуальных усилий, Павел, как бы советуясь о форме подачи информации, предложил вначале составить нечто вроде плана, отдельные пункты которого затем будут наполняться более подробным содержанием. В качестве примера жандарму был приведен 1917 год, печальный для полиции и еще более печальный для жандармерии. Как и ожидалось, впечатление было произведено сильное. Но реакция оказалась нежелательная. После некоторого раздумья, жандарм каким-то изменившимся голосом сказал, что, все-таки, Павлу придется с ним прокатиться.

Повозражать Павел не успел. В комнату стремительно вошел еще один офицер в голубой форме. Старший по званию, понял Павел, так как первый жандарм вскочил и стал по стойке «смирно». Новый  жандарм производил странное впечатление: чрезвычайно бледный и с совершенно прозрачными глазами. Следом вошел «Чехов». «Бледный» обернулся к доктору и сказал:

- Заберите пациента. Мне надо поговорить с офицером наедине.

«Чехов» потянул Павла легонько за рукав, и они вышли в коридор.

- Пойдемте-ка, батенька, ко мне в кабинет, пусть жандармы наговорятся.

По этому коридору Павел уже проходил в ночь прибытия. Днем  он не был таким тихим. Вот и сейчас из-за одной двери слышалось нескладное пение. Хриплый женский голос пел «Интернационал», если это можно было назвать пением. Заметив  реакцию Павла, доктор удивился:

- С этой женщиной вас разделяют три четверти века. Но Ваше выражение лица, когда Вы услышали эту дикую какофонию,  показывает  осведомленность и небезразличие. Прошло столько лет, а Вас волнует  пение этой вздорной женщины?

Показав Павлу на удобное мягкое кресло, доктор сел за рабочий стол.

- Скажите мне, батенька, ради Бога, кто такие «троцкисты»? Эта дама уверена, что в нашей клинике она находится по вине этих самих «троцкистов». Написала кучу записочок «на волю», пыталась передать их через санитаров.  Обращается к каким-то дорогим  тов. Сталину и тов. Ягоде, сообщает,  что здесь «осиное гнездо врагов народа» и призывает нас всех расстрелять. Кстати, неужели  в русском языке произошли такие существенные  изменения в правописании?

- Какие все они любопытные, - подумал Павел, не успевший прийти в себя после беседы с нахрапистым жандармом и не решивший еще, рассказывать доктору о «троцкистах», или жаловаться на жандарма. В коридоре послышались быстрые шаги. Вошел «бледный» жандарм. Лицо  у «Чехова» приобрело выражение  исполнительской готовности.

- Так вот кто тут главный, - дошло до вконец растерявшегося Павла.

«Бледный», выглядевший вблизи еще более странно, положил на стол  сверток с автомобильными ключами, и обратился к доктору:

- Отправлять будем завтра. Организуйте транспорт и сопровождение. Постарайтесь исключить все возможные неожиданности.

Затем он повернулся к Павлу:

- Вы человек для своего времени довольно просвещенный и легко воспримете следующую информацию. Сотни тысяч лет Homo sapiens  развивался медленно и трудно. И вдруг, за какие-нибудь 5 тысяч лет (ничтожно малое по космическим меркам время) человечество  стремительно прошло путь от саманных кирпичей  до Большого адронного коллайдера. Без посторонней дружеской помощи, земной цивилизации не удалось бы достичь таких впечатляющих успехов. Хотя в Большом Космосе ваши успехи радуют не всех (но это отдельная тема). Существует Программа Развития Земной Цивилизации, в соответствии с которой для принесения в ваш мир различных важных знаний рождаются не менее десяти детей с соответствующими способностями. Поэтому на авторство многих великих открытий и изобретений всегда претендуют несколько человек. К сожалению бывают случаи когда  большая часть или даже все «ответственные» за данный участок прогресса цивилизации выбывают по разным причинам: одним не удалось получить соответствующего образования, другим, и того хуже, не удалось выжить. Тогда происходит замедление прогресса и приходится организовывать  новую группу в новом поколении. Это тем более печально, что приводит к определенному перекосу в развитии всей вашей цивилизации. Теперь о Вас, мой друг. Вы тоже отмечены «печатью божьей», но Вашего предназначения  я не знаю. Это не входит в мои обязанности. Вы остались последним из «десятки». Где- то там,  наверху,  принято решение, что в сложившейся ситуации наиболее целесообразным будет  возвращение Вас в Ваше время. Вы слышали, что это произойдет завтра. А сейчас  набирайтесь терпения и отдыхайте».

Отдыха не получилось. Всю ночь Павел не спал. Наутро выяснилось, что пропал аппетит – явление для Павла просто небывалое. Где-то после полудня пришел «Чехов», принес выстиранные плавки и кепку, сообщив, что все готово. У входа их ожидала лошадь, запряженная в какую-то хрупкую на вид конструкцию: небольшие передние колеса и довольно большие задние.

- Ух ты, - восхитился Павел. - Это кабриолет?

- Доктор криво усмехнулся. - Это дрожки. А то, что стоит сзади –  называется фура.

Пара мощных лошадей была запряжена в длинную крытую телегу, в которой сидело человек шесть. Некоторых Павел узнал – санитары. Выехали на улицу. В тени дерева стояла пролетка с двумя городовыми. Павлу показалось, что это те самые, привезшие его сюда. Как только  дрожки с Павлом и доктором  подъехали к  пролетке она сразу тронулась. Фура ехала сзади не отставая.

Прямо таки  боевое охранение, - подумал Павел.

Было очень жарко. Редкие прохожие не обращали никакого внимания на кавалькаду. Спустились на покрытую толстым слоем пыли Балковскую, повернули в сторону Пересыпи. К большому удивлению Павла, за прошедшую сотню лет Пересыпь не претерпела кардинальних изменений.  Разве что узнаваемые дома выглядели куда лучше, так как были сейчас значительно «моложе».

Транспорт оставили  у  грязелечебницы. Павел с  «Чеховым», в сопровождении двух санитаров,  направились к  безлюдному берегу лимана. Стояла такая жара, что каждое движение приносило дискомфорт и обильное  потовыделение. Все живое  попряталось от зноя. Павел разделся, передал белый полотняный костюм санитарам, нахлобучил на голову кепку с ключами. Тепло поблагодарил доктора, высказав сожаление, что так и не успел рассказать о троцкистах, пожал ему руку, а затем и санитарам, чем привел обоих здоровяков, не привыкших к такой демократичности, в крайнее изумление. Еще раз махнув рукой на прощание, Павел побрел  по  горячей  воде слегка  проваливаясь в черную грязь лимана. Пройдя пару десятков метров, он оглянулся, и увидел, как доктор с санитарами почти бегом спешно удалялись от берега.

- Не хотят сопровождать меня в XXI век, - догадался Павел.

Солнце клонилось к западу.

- Ого, - подумал Павел, подняв голову. - Куда меня отнесло,  пока я задремал.

- Наверное, на сегодня хватит.

Он встал на ноги и шумно наискосок побрел к берегу, выбирая дорогу с песчаным дном. Несмотря  на  вечер   машин  на берегу стояло еще много.  Павел открыл багажник, достал шестилитровый пластиковый бутыль с пресной водой, обмыл лицо, шею, спину. Завернувшись  в полотенце, снял мокрые плавки и одел сухие трусы. Множество людей около своих машин занимались тем же самым, никто ни на кого «дипломатично»  не обращал  внимания. То здесь, то там заводились моторы и машины потихоньку  ползли в сторону дороги.  Вот невдалеке  мягко заурчал своим движком  «мерседес» и деликатно двинулся в том же направлении.  Когда он поравнялся  с Павлом,  тонированное стекло со стороны водителя начало подниматься, но Павел успел увидеть незнакомое странное  лицо, необычно  бледное  для летней  Одессы и внимательный, оценивающий  взгляд  совершенно прозрачных  глаз.

рассказать друзьям и получить подарок

About the author

Комментарии

Отзывов (10) на Одесса.Куяльник.Однажды летом.”

  1. У вас RSS в кривой кодировке!

  2. Красиво написано, мне понравилось.

    • admin:

      Спасибо. Если Вас интересуют такие вещи, можете прочитать на этом же сайте в разделе «фантастика» ещё два рассказа.

  3. На Ваш блог знакомый в аську ссылку кинул. Оказалось ,что не зря :) Понравилось. Тепрь все время читать буду :)

  4. Все-таки действительно нравится мне Ваш блог. Всегда очень интересно читать, включая и эту тему. :)

  5. Hello, after reading this remarkable post i am as well delighted to share my know-how here with friends.

  6. Вообще это конечно не так, но может я ошибаюсь ?

Ваш отзыв